Маргарита Ворыгина (margaritka_27) wrote in bytovye_xroniki,
Маргарита Ворыгина
margaritka_27
bytovye_xroniki

Categories:

Рассказ по пятницам. В.В. Ворыгин. ДОМАШНЯЯ ПРОФЕССУРА

Ещё один рассказ о домашнем лечении. В книге "Фельетоны и рассказы", выпущенной в 1962 году Краснодарским книжным издательством, этот рассказ опубликован сразу после рассказа "Будьте здоровы!".
В "Будьте здоровы!" речь идёт о том, как мужчины относятся к малейшему недомоганию. А в этом рассказе - как к незначительным проблемам здоровья у мужчин относятся их жёны. Оба рассказы очень жизненны

ДОМАШНЯЯ ПРОФЕССУРА

Как только я узнал, что мой старый друг Иван Сергеевич Лапушкин серьезно занемог, я бросил все дела и немедленно кинулся к нему на другой конец города. По пути прихватил в пакете антибиотики и разные порошки по меньшей мере от семи возможных болезней. В гастрономе прихватил... Впрочем, я знаю, что надо прихватить в таком случае.
Дверь в квартиру Ивана Сергеевича открыла его жена. Мне показалось, что глаза ее заплаканы.
- Жив? — торопливо спросил я, забыв даже поздороваться с хозяйкой дома.
- Пройдите. Он вспоминал вас, - ответила она.
Я мигом почувствовал, как сердце мое похолодело. Почему вспоминал? Почему Анна Тихоновна, милейшая Анна Тихоновна, говорит таким скорбным тоном?
Сбросив одним движением пальто и шляпу, я ринулся в комнату Ивана Сергеевича и застал его в постели. Глаза его были устремлены кверху. Я не видел их выражения, но все же почувствовал, как сердце у меня отходит при мысли, что еще не все потеряно. Может быть, я, именно я спасу друга.
- Жив, Ваня? -- крикнул я и бросился к ложу больного, едва не опрокинув стулья с расставленными на них пузырьками, микстурами, примочками и всяким домашним медицинским снаряжением. Ваня, мой добрый друг Ваня Лапушкин, повернул голову и, увидев меня, слабо улыбнулся.
Я взял подвернувшийся на ходу стул, придвинул его к постели и сел рядом.
- Я рад, Ваня, -- молвил я, даже не почувствовав неуместности этих слов.
- Чему? — спросил друг, и его взгляд смутил меня.
- Ну, тому, что ты... — Я замялся, подбирая точное слово.
- Еще жив? — с усмешкой ответил за меня Ваня.
- Ну да... да, -- подтвердил я и только теперь почувствовал, как все это вышло глупо.
— Да, друже, несмотря на то, что меня лечили, я остался жив, - - грустно, со вздохом произнес Иван Сергеевич.
— Неужели врачи... — начал было я.
- При чем тут врачи? — перебил меня друг. — Домашняя профессура... Опасная вещь...
Больной приподнялся, затем сделал решительный рывок и, поставив ноги на коврик, сел со мной рядом.
- Все началось просто. У меня на работе был трудный день, кое-какие неприятности. Пришел домой усталый, еле высидел за обедом и захотел лечь в постель, выспаться и обо всем забыть. Это, ты знаешь, бывает. Я даже не заметил, как за столом, между первым и вторым блюдом, жена сунула мне градусник, и когда я встал из-за стола и захотел закурить, она подняла тревогу.
— Ваня, ты заболел. У тебя 36,8.
Через минуту я был в постели, но спать мне уже не пришлось. Мне жена тут же положила на грудь горячий компресс. Пришла ее сестра, и компресс был немедленно снят. Его заменила резиновая круглая штука со льдом. Через час я принимал какой-то вонючий отвар. Его приготовила соседка. Пришла другая соседка, дала жене какой-то старый рецепт, и к вечеру я пил какую-то микстуру. Ты спросишь: зачем я все это позволил, почему не отказался от этих услуг? Вырваться было невозможно. Я был атакован со всех сторон, взят в плен и крепко связан.
Утром я уже лежал с настоящей температурой — 38,6. Вокруг меня собрался консилиум. Предлагали гомеопатические шарики. Витамин Д и А. Советовали облепиху с перцем и зверобой с солью. Кто-то сказал, что радикальным средством будет какой-то парегорин, если удастся достать на него рецепт и получить в аптеке Пошли в аптеку и оказалось, что его там сколько угодно без всякого рецепта.
А женщины продолжали хлопотать, выдумывать все новые и новые средства, чтобы поднять меня на ноги, сделать крепышом, застрахованным на будущее от всех болезней.
Этими чрезмерными заботами я был окончательно травмирован задолго до того, как ко мне заглянул по поручению месткома мой сослуживец с врачом из медпункта.
Врач нашел легкую простуду и нервное расстройство. Приказал убрать с моих глаз все, что ты тут видишь. Но после ухода врача здесь снова собирался консилиум, и я узнал о целом десятке прочно обосновавшихся во мне болезней, услышал о сотне средств и способов их лечения. Перед глазами у меня снова замелькали банки и склянки...
Мой друг, наконец, высказался, и мне показалось, что ему стало легче. Я потрогал в кармане заготовленные мною препараты для исцеления семи болезней, и мне стало стыдно предлагать их. Единственное, на что я мог решиться, это уговорить друга поставить градусник.
Мы поговорили о том, о сем, пока настало время взглянуть на совершенно объективное показание ртутного столбика. Он, этот столбик, как и три дня назад, показывал 36,6.
Побрякав аптечными стекляшками в одном из своих карманов, я сунул руку в другой карман и вынул оттуда бутылку с яркой этикеткой. !
- Я тебе друг, Иван Сергеевич, и ты видишь вещественное тому доказательство, это чтобы красных кровяных шариков прибавилось, — сказал я, слегка подмигнув и повернув бутылку к нему этикеткой, чтобы он прочел ясные и четкие слова «Мускат Кубанский».
Иван Сергеевич оценил мою заботу. Не поднимая шума, не вызывая никаких подозрений у хозяйки, мы наливали мускат в стаканы, пахнущие бромом, закусывали сладким густым отваром из сухой малины, а через некоторое время, забыв про осторожность, запели дуэтом:
«Где же вы теперь, друзья-однополчане?...»
Дорогие читатели! Не думайте, что я не вижу, как появляется у вас складка на лбу, как вы хмуритесь, осуждая мое поведение. Но право же, я был во сто раз милосерднее тех, кто брался лечить моего друга, не зная ни его болезни, ни самых элементарных вопросов медицины.
Заслышав песню, милейшая жена Ивана Сергеевича ринулась в нашу комнату. Взгляд ее был полон испуга. Но видели бы вы, какой веселой улыбкой тут же расцвела она, посмотрев на наши жизнерадостные лица. Для верности она, конечно, измерила мужу температуру и, ей-ей, впервые за много дней не нашла ничего подозрительного.
Зашел я к Ивану Сергеевичу и на другой день. Как раз его осматривал врач. Он закрыл моему другу больничный лист, разрешил выйти на работу. Думаю, что он разрешил бы ему сделать это значительно раньше, знай он об «опеке домашней профессуры».

Другие рассказы Василия Ворыгина можно прочитать здесь:


Tags: В.Ворыгин, Рассказы 50-60 годов, литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments