July 25th, 2020

Головин. Путь к Северному полюсу (22)

В сообщении накануне, в "Правде" №157 были опубликованы официальные сообщения об успешном окончании перелёта со станции Северный полюс на остров Рудольфа. А сегодня рассказ об этом событии от участников операции - экипажа самолёта Алексеева.

9 июня 1937 года (№ 158)

НА ЛЬДИНЕ № 3

(От специального корреспондента "Правды")

Северная воздушная эскадра в сборе, сегодня ночью вслед за Крузе и Головиным возвратился на о. Рудольфа последний воздушный корабль, отставший по дороге с полюса, — самолет Алексеева. Плотным кольцом окружили участники экспедиции экипаж «СССР Н-172». Радостным приветствиям и дружеским поцелуям не было конца.
Угостив прилетевших товарищей прекрасным ужином, все уселись в тесный кружок, и начались расспросы и рассказы, как и что было, как и что случилось.
К вечеру 8 июня облака, висевшие над островом, исчезла, ветер стих. Находившийся все время наготове Головин воспользовался летной погодой в мгновенно взмыл на своем самолете в воздух. На борту корабля находился бензин для Алексеева. Как известно, вылетевший 5 июня пилот Крузе. Три дня пробыл на льдине на 85° 15' широты. Вчера Крузе вылетел на Рудольф. По дороге его повстречал Головин. Обменявшись приветствиями, летчики пошли каждый по своему курсу.
Вспоминая о своем последнем полете, Головин скромно уступает пальму первенства штурману Ритслянду. Штурман блестяще оправдал возложенные на него надежды и точно привел самолет Головина к льдине Алексеева.
С большим вниманием все мы слушали обстоятельный рассказ Шевелева, находившегося на самолете Алексеева.
— В течение всей полярной операции, — говорит он, — самолет Алексеева садился на различные льдины Ледовитого океана три раза. Первый раз чуть не на самой точке полюса, второй — на льдине дрейфующей станции, а третий — недалеко от 81-й параллели. Своему последнему местонахождению экипаж «СССР Н-172» придал в шутку такой адрес: Северный Ледовитый океан, льдина Л. № 3, дом № 172.
— Так вот, опустившись на льдину № 3, — продолжает Шевелев, — мы занялась обычный в таких случаях делом,— стали выжидать погоду и бензин. Дни потекли строгой, размеренной жизнью. Жуков с раннего утра поддерживал радиотелефонную связь с Рудольфом. По нескольку раз в день мы разговаривали с Отто Юльевичем, Водопьяновым и другими товарищами. Слышимость была отличная. Сугробов, Гинкин и Шмандин бессчетное количество раз проверив детали управления, тщательно подготавливали самолет к возвращению остров. Мошковский обследовал аэродром, а Алексеев и я поочередно несли вахту.
Едва только солнце прорвалась к нам через просветы в облаках, тотчас же астрономическим путем определили координаты льдины. В последний день вашего арктического плена погода резко изменилась к лучшему. Самолет сиял, освещенный яркими лучами. На носу корабля трепетал флаг нашей родины, обвеваемый свежим норд-вестом.
В середине дня определение показало, что мы находимся на 88° 64’ широты и 61° долготы. Вечером из кабины самолета выскочил взволнованный Жуков. Он радостно махал руками и громко кричал нам: «С Рудольфа сообщили: Головин вылетел с бензином. Вскоре над льдиной раздался рокот мотора. Мы удивленно переглянулись. «Неужели Головин? Так скоро?» Но это был Крузе, возвращавшийся на остров Рудольфа, над нами он прошел ровно в 19 час. 16 мин.
Через полтора часа в воздухе снова загудел самолет. Теперь это был Головин. После дружеских об'ятий, закипела горячая работа. Экипажи обоих самолетов занялись заливкой бензина в громадные баки «СССР Н-172». Горючее наливали из корабля Головина в бидоны, затем перетаскивали их к самолету Алексеева импровизированной лебёдкой. Проработав таким образов несколько часов, произвели заливку.
Не задерживаясь ни одной лишней минуты, Головин простился с нами и, поднявшись со льдины на своем самолете, взял курс на о. Рудольфа. Через некоторое время мы последовали его примеру.
В пути с борта самолета 9 июня в 1 час 45 минут послали в эфир в адрес Шмидта. Главсевморпути, редакций «Правды» и «Известий» радиограмму:
«Последний корабль Северной воздушной экспедиции покидает центральный район Северного Ледовитого океана. Видны берега архипелага. Скоро остров Рудольфа. Мы возвращаемся, чтобы накопленные знания и опыт, все силы и энергию отдать на благо нашей любимой родины. Мы уверены и твердо знаем, что наша партия, наше правительство, мудрейший из людей любимый вождь товарищ Сталин пошлют по этому пути десятки, сотни кораблей. Мы будем счастливы, если нам опять окажут доверие я еще раз поручат трудное дело.
Шевелев, Жуков, Алексеев, Мошковский, Сугробов, Гинкин, Шмандин
...Вскоре самолет опустился на остров Рудольфа. Здесь его уже поджидали остальные участники экспедиция и зимовщики Рудольфа.
Полярная операция закончена с честью!
Л. БРОНТМАН.
Остров Рудольфа, 9 июня.

Так выглядит текст в "Правде. Чтоб увеличить его, нужно щёлкнуть мышкой по тексту.



Другие публикации о полёте Головина можно посмотреть здесь

Collapse )

Лето. Эльбрус

В детстве у меня была тетрадь, где я собирала впечатления о лете. Отдыхая в Приэльбрусье в 1979 году, я написала три стихотворения о Кавказе. Одно их них об Эльбрусе

Эльбрус

"Седой и добрый великан",-
тебя зовут Эльбрус двуглавый.
А мне казалось, он устал
и от восторгов и похвал
закрылся облаком кудрявым.

Средь облаков туманных мы
резвясь, снежком бросались мягким.
Веселье северной зимы
ты в летние дарил нам дни
как добрый чародей из сказки.

Своею красотой навек
любого покоряешь сразу.
Ты молод, но как мудрый дед
спокоен, добр, велик и сед
Эльбрус, высокий сын Кавказа.

А это два других стихотворения





Из моего блога